В Федеральной антимонопольной службе (ФАС) чуть менее года назад появилось управление контроля за размещением государственного заказа. Создание отдельного управления было продиктовано новым законом о госзакупках, который, по сути, изменил всю систему размещения госзаказа. Появился реестр недобросовестных поставщиков, возникла аукционная форма размещения госзаказов и процедура административного обжалования, когда компании, участвующие в торгах по госзакупкам, могут во внесудебном порядке пожаловаться в ФАС на действия госзаказчика.

Настройка законодательных механизмов в сфере госзакупок продолжается до сих пор. 1 октября вступили в силу более 150 поправок в закон о госзакупках. Начальник управления контроля за размещением государственного заказа Михаил Евраев объяснил корреспонденту "Газеты" Максиму Товкайло, чем вызвано принятие столь большого пакета поправок, а также посоветовал России не копировать иностранный опыт при реформировании системы госзакупок.


Справка

Евраев Михаил Яковлевич родился в 1971 году в Ленинграде. Окончил Санкт-Петербургский университет экономики и финансов, а также юридический факультет Санкт-Петербургского государственного университета. В студенческие годы трудился в стройотряде на Южно-Сибирском участке БАМа. До прихода на государственную службу работал в частном секторе, в частности в банковской сфере. В Федеральной антимонопольной службе работает с 2004 года. Занимал пост начальника управления по контролю и надзору в сфере недвижимости, локальных монополий и ЖКХ. С 2007 года – начальник управления контроля за размещением государственного заказа.

Женат, воспитывает дочь.

Увлекается шахматами и горными лыжами.

- Огромное количество поправок в закон о госзакупках – это свидетельство того, что закон о госзакупках был изначально несовершенен?

- Я бы сказал по-другому. Дело в том, что сфера госзакупок требует постоянной модернизации законодательства. Создать с нуля идеальный закон о госзаказе невозможно. Вступившие же в силу поправки сделают сферу госзакупок более прозрачной, чем сейчас. Например, в России к 2010 году появится единый интернет-портал по госзакупкам. Сейчас есть отдельные сайты на федеральном, региональном и муниципальном уровнях. У каждого из них своя поисковая система, зачастую далеко не совершенная. Я полтора часа искал на одном из таких сайтов информацию, которая там должна была быть, но так и не нашел. С единым порталом все будет значительно проще. Каждый желающий сможет набрать в поиске, например, слово "мебель" и увидеть, где и кто в России размещает госзаказы на мебель – от самого маленького муниципального образования до любых федеральных министерств.

Также новые поправки ограничивают при проведении конкурсов максимальный вес субъективных критериев. Раньше можно было оценить значимость субъективных критериев хоть в 99% и после этого спокойно определить "своего" победителя. Теперь максимальный вес таких критериев ограничен в 20%. Оставшиеся 80% – это уже исключительно количественные критерии, такие как цена, сроки и так далее. А если учесть, что главной формой размещения государственного заказа в будущем станет аукцион, то степень субъективизма при определении компании-победителя будет сведена к минимуму.

- Вас не смущает тот факт, что качество товаров, приобретаемых через аукционы, может оказаться хуже, чем через конкурсы?

- Это миф. Требования по качеству госзаказчик задает заранее, и побеждает та компания, которая сможет эти требования удовлетворить за меньшую цену. Экономия бюджетных денег на аукционах – 20-30%, а сама процедура его проведения более прозрачная, чем конкурсы. В ближайшее время мы планируем существенно расширить перечень товаров, работ и услуг, которые можно приобретать исключительно через аукционы.

- По каким критериям ФАС собирается определять: какие госзакупки нужно проводить через аукционы, а какие при помощи конкурсов?

- Критерий очень простой. Если заранее можно определить требования по качеству, то это аукцион. Если нельзя, то – конкурс. В 80% случаев требования по качеству можно установить изначально, а значит, можно проводить аукционы.

- Многие упрекают нынешнее законодательство по госзакупкам в чрезмерной громоздкости и приводят пример со школой, которая вынуждена объявлять конкурс, если ей нужно купить, к примеру, телевизор.
Когда у французов спрашиваешь о возможных злоупотреблениях в сфере госзаказа, то они удивленно на тебя смотрят и говорят, что злоупотребления невозможны, потому что это тут же станет достоянием общественности

- И напрасно упрекают. В законе четко написано: госзаказчик может проводить закупки без процедуры торгов и запроса котировок, если сумма размещаемого заказа не превышает 100 тысяч рублей, а также без проведения торгов, но с запросом котировок, если сумма заказа не превышает 500 тысяч рублей. Поэтому телевизор уж совершенно точно можно просто пойти и купить в любом магазине.

- Известна инициатива ФАС изменить ту часть закона о госзакупках, в которой прописаны льготы малому бизнесу. В чем смысл такого шага?

- Безусловно, малый бизнес в России нужно развивать и поддерживать. Вопрос – как это делать правильно. На наш взгляд, нынешняя система преференций в системе госзаказа для малого бизнеса уж больно сомнительна с точки зрения конкуренции и слишком расточительна для бюджета. Судите сами: от 10 до 20% своих заказов госучреждения обязаны размещать исключительно у субъектов малого предпринимательства – вне зависимости от того, какие у них цены. А ведь эти цены могут быть завышены и в два, и в три раза. Более правильной нам кажется система, когда госзаказчики обязаны от 10 до 20% заказов размещать через лоты с малой стоимостью, например не более 3 млн рублей. Крупным компаниям такие лоты не интересны, а малым – в самый раз. Таким образом, мы и малому бизнесу поможем, и конкурентную среду сохраним, и бюджетные деньги сэкономим.

- Сколько сейчас компаний находятся в реестре недобросовестных исполнителей госзаказа?

- Более 300 компаний. Включение в реестр означает для компании поражение в правах на два года. К тому же это еще и серьезный удар по имиджу, ведь реестр находится в открытом доступе в интернете.

- Есть ли ограничения для участия в торгах по госзакупкам иностранных компаний?

- Сейчас нет. Такие ограничения возможны только при одном условии. Если в какой-либо стране законодательно ущемляются права российских компаний или товаров, то МЭРТ вправе ввести такие же ограничения в России для компаний или товаров из той страны. Вводить же ограничения на госзаказе для иностранных компаний в других случаях неправильно. Мы только снизим уровень конкуренции, и в результате в сфере госзаказа наши компании будут производить товары более низкого качества по более высокой цене.
У каждой страны своя специфика и свой менталитет. И российский закон о госзаказе это учитывает

- В европейских странах закон о госзакупках значительно либеральнее нашего, но проблем у них куда меньше, чем у нас. Может быть, нам стоит перенять их опыт?

- Не думаю. У каждой страны своя специфика и свой менталитет. И российский закон о госзаказе это учитывает. Он был именно разработан, а не переведен с западных аналогов. Наш закон по многим параметрам лучше и эффективнее, чем аналогичные законы в развитых странах. Это признают даже западные специалисты. Однако нужно понимать, что очень многое зависит от экономической модели страны и от уровня развития общества. Например, во Франции система госзакупок очень субъективна. Там чиновники чуть ли не сами определяют, у кого покупать и по какой цене. Когда у них спрашиваешь о возможных злоупотреблениях в сфере госзаказа, то они удивленно на тебя смотрят и говорят, что злоупотребления невозможны, потому что это тут же станет достоянием общественности. Поэтому если в стране есть общественные институты и независимая пресса, то действия власти находятся под контролем общества. А если эти институты не развиты, то и механизм общественного контроля отсутствует. И можно хоть напринимать еще тысячу законов – все равно не поможет.

- Не кажется ли вам, что решить проблему коррупции в сфере госзакупок может система электронных торгов?

- Кажется. Только переходить на электронные торги нужно постепенно. Для нас это приоритетная задача на ближайшие два-три года. Таких площадок на всю страну будет пять – семь. При электронной системе провести аукционы среди "своих" компаний практически невозможно. Госзаказчик будет размещать электронную заявку на товар, работу или услугу, а предложения по исполнению сможет делать любая компания из любого уголка России. И это уже будут не "домашние" торги, а настоящие.

- Насколько реальна цифра экспертов, которые оценивают размер "отката" в госзакупках в 20% от стоимости заказа?

- Назвать точную цифру, наверное, никто не сможет. Где-то "откатов" вообще нет, а где-то "откаты" достигают и 50% от стоимости заказа. Сейчас общий объем размещаемого государственного и муниципального заказа в стране – более 4 трлн рублей ежегодно. Достигнуть ежегодной экономии в 1 трлн рублей – абсолютно реалистичная задача. Но это ведь не означает, что сейчас эти деньги уходят на взятки. Это совокупность коррупции и зачастую некачественного финансового планирования. От профессионализма людей, занимающихся госзаказом, зависит очень многое. Но именно профессионализма на местах, увы, зачастую и не хватает.

Интервью директора Департамента государственнго регулирования в экономие Минэкономразвития А.В. Шарова "Если чиновник против административного регламента - пусть проголосует ногами", газете "Газета",26.11.2007 г.

Что такое административный регламент?

Административные регламенты - относительно новое в российской действительности явление. В них описаны процедуры, которые чиновник может и должен совершать в процессе своей работы. Там четко указано, сколько времени ему отпускается на выполнение процедуры и самое главное - определены сроки рассмотрения документов. То есть административные регламенты сводят к минимуму необходимость личного общения госслужащего с обратившимся к нему за помощью лицом. А раз все прописано и заранее известно, то не может быть и предмета для договоренности с чиновником.

Возьмем регистрацию прав на недвижимость. На нее по закону отводится 30 дней. Это означает, что можно зарегистрировать свои права хоть за час, а можно и за 29 дней. Административный регламент же этот вопрос четко расписывает. Там указано, кто и в каких случаях может принять решение о сокращении сроков регистрации. Аналогичная ситуация и по другим справкам и документам.

Считаете ли вы правильным разрабатывать административные регламенты, когда сами функции не перераспределены в соответствии с идеологией "компактного государства"?

Ну, процесс инвентаризации функций государственного аппарата сейчас продолжается. Внедрение же административных регламентов как раз помогает нам узнать, как функции исполняются и какие из них избыточные. Я открыто могу сказать: ряд чиновников, используя госфункции, сейчас занимается бизнесом. А ликвидировать бизнес, к тому же успешный и прибыльный, очень сложно. Для урезания каких-либо функции нам, помимо административных регламентов, нужна политическая поддержка.

Сколько административных регламентов уже одобрено на министерском уровне, сколько принято комиссией Сергея Нарышкина, а сколько - правительством?

Всего регламентов будет порядка 500. На уровне комиссии по административной реформе уже одобрено около половины, а около 90 регламентов официально зарегистрированы в Минюсте и вступили в силу.

В принципе ключевых регламентов - около 350. Они затрагивают такие проблемы, как регистрация по месту жительства, получение паспорта, регистрация недвижимости, выписка из земельного кадастра.

Можете привести пример административного регламента, принятие которого выгодного гражданам.

Сразу скажу, что административные регламенты выгодны для граждан уже по тому, что в них указаны нормы по комфортности обслуживания населения: наличие просторного, светлого и кондиционируемого помещения, гардероба и многих других вроде бы обычных вещей, наличие которых сейчас однако нигде не прописано.

Ну а что касается, удобства в получении документов, то могу привести пример с гражданским паспортом. Допустим, вы потеряли этот документ. При этом, учитесь в Москве, а прописаны во Владивостоке. По старому регламенту вам надо было поехать во Владивосток. А вы студент и поездка во Владивосток влетает вам в копеечку, да и времени много займет. Теперь же, после принятия административного регламента у вас есть возможность прийти в то отделение паспортного стола, где вы зарегистрированы при общежитии и за 2 месяца, получить паспорт, не выезжая из Москвы.

Что будет чиновнику, если он не выполнил свою работу в установленные административными регламентом сроки?

Здесь два варианта. Если гражданин, хочет возместить ущерб за потраченное рабочее время, то сделать это возможно только в судебном порядке. Второй вариант - это дисциплинарное наказание чиновника. Вы можете обжаловать его действия у вышестоящего над ним руководства.

Отмечу, благодаря административным регламентам, сроки, за которые чиновник должен сделать свою работу, не повисают в воздухе, а четко администрируются. Мы всегда можем вывести эти данные и посмотреть сколько времени было затрачено на конкретного человека. Это очень дисциплинирует чиновника. После внедрения первых административных регламентов сами чиновники стали рекомендовать нам, как усовершенствовать тот или иной административный регламент, чтобы его не нарушать Допустим мы им ставим на обслуживание одного человека 30 минут. Они на практике видят, что не укладываются и предлагают нам: давайте вот эту процедуру упростим, давайте вот этот шаг уберем. Ведь это очень важно. Без второй стороны мы не достигнем оптимальности процедуры.

А нет ли при внедрении административных регламентов противодействия со стороны чиновников?

По ряду административных регламентов оно действительно есть. Особенно на уровне среднего класса чиновников. Но наша задача проста: те чиновники, которые не смогут подстроиться под административные регламенты, должны проголосовать против него ногами. То есть уйти с государственной службы. Ведь регламент делается для людей с правильной мотивацией, которые понимают свои права и обязанности. Новое поколение чиновников в этом смысле должно быть клиентоориентированным, то есть заботиться о потребителе государственных услуг, будь этого хоть физическое, хоть юридическое лицо.

Важно понимать, что никакой административный регламент не будет работать, если граждане или организации не будут знать своих прав. Говорю открыто: чем больше будут судебных случаев, когда станут оспариваться действия чиновников, тем будет лучше. Только там мы сможем добиться эффективного исполнения административных регламентов. Вспомните ситуацию с законом "О защите прав потребителей". Он заработал после того, как конкретные граждане, пусть и через Ассоциацию потребителей России, стали через суд обжаловать действия продавцов. Тоже самое и с административным регламентом. Он является ведомственным актом по защите прав потребителей государственных услуг. Но с другой стороны выгоден и чиновнику. Административный регламент предписывает, что делать в той или ной ситуации. Так что раскритиковать госслужащего на пустом месте, как это иногда делается сейчас, будет нельзя.

Как много министерств и ведомств, которые полностью перешли на автоматическое обслуживание юридических или физических лиц?

В прошлом году в пилотном порядке на автоматизированную систему перешли около 20 мелких и крупных ведомств и учреждений. Время обслуживания сократилось в 3-4 раза. Однако отмечу, что оснащение подобной автоматизированной системой каждого госучреждения, вплоть до паспортного стола - дорогое удовольствие для федерального бюджета. Поэтому на заседании правительственной Комиссии по административной реформе было принято решение о создании многофункциональных центров по оказанию государственных услуг. Это своеобразный государственный супермаркет, где вы можете получить любые услуги: от муниципальных до федеральных. Задача центров состоит в том, чтобы синхронизировать межведомственные и межуровневые административные регламенты. Чтобы мы получили регистрацию дачного участка не в тот срок, который получается механическим сложением всех сроков, отпущенными различным министерствам на решение этой проблемы, а сократили этот срок в несколько раз.

Сейчас в 16 регионах России строятся 18 таких многофункциональных центров. Большинство из них заработает в первом квартале 2008 года. Оснастить каждый крупный регион подобными центрами мы планируем через три года.

Будет ли часть услуг после внедрения административных регламентов предоставляться в электронном виде?

Да, будет. Правительство к концу года утвердит перечень госуслуг, которые в первоочередном порядке надо перейти на электронную систему. Их будет около десятка: это услуги социальные и в сфере предпринимательства. Специально под эту идею в интернете планируем создать сайт, где можно будет найти формы самых важных документов. Заходишь на такой сайт, находишь нужную форму и заполняешь ее. Допустим, предприниматели смогут предоставлять финансовую и прочую отчетность в проверяющие органы в электронном, а не бумажном виде.

Вообще, электронные услуги - это путь к ускорению работы государственных учреждений и важный элемент борьбы с коррупцией. Чем больше электронных услуг, тем ниже фактор коррупции. По такому пути в частности пошли в Скандинавских странах.

Насколько эффективны административные регламенты в борьбе с коррупцией?

Когда борешься со взяточничеством, самое важное - создать правильные мотивы для работы среднего и младшего персонала. Внедрение административных регламентов как раз на это направлено. С чиновника спрашивают не за что-то отвлеченное, а именно за скорость и качество обслуживания населения. Такой же постановки вопроса никогда не было. Работает себе ведомство и нет проблем, а то что там очереди и люди огромные деньги посредникам платят, то это никого не волновало. Мы же говорим - если у тебя в ведомстве очереди и услуга некачественная - значит ты неквалифицированный работник и мы с тобой будем расставаться. Но если ты достигаешь заданных показателей, то ты растешь по службе, получаешь более высокую зарплату.

Также административные регламенты решают еще одну важную проблему. Это выявление у госучреждений функций, которые смело можно передать бизнесу. Допустим техосмотр. Правительство еще три года назад заявило, что техосмотр будет передан аккредитованным организациям. Поэтому у людей, которые занимаются техосмотром, сейчас есть возможность совершенно легально снять погоны и уйти в бизнес.

Вспомните была в стране государственная хлебная инспекция. которая существовала 80 лет. Она была монополистом по выдаче сертификатов на зерно, муку, крупу и т.д. Хоть эта была и государственная организация, но финансировалась она из бюджета всего на 2%. Остальное зарабатывала сама. Тогда проанализировали и пришли к выводу: да функция нужна, но не в рамках госучреждения. Ввели аккредитацию подобных компаний и все: функция от государства ушла к бизнесу.

Можно ли сказать, что чем больше административных регламентов, тем меньше степень влияния государства на гражданское общество?

Да. Это влияние с одной стороны уменьшается, а с другой - делается предсказуемым. Это особенно важно для малого бизнеса. Предприниматели часто просят - пусть все будет не очень быстро, но по закону. Административные регламенты как раз направлены на то, чтобы все было по закону.

Для коррупции благодатная почва - это монополизм и чрезмерное вмешательство государства в экономику. Сейчас эти два процесса усиливаются. Вас это не беспокоит?

Когда мы говорим про монополизм, то имеем ввиду деловую коррупцию. Я же думаю, что для начала нужно разобраться с госаппаратом, а потом уже переходить к борьбе со взяточничеством в бизнесе. Наведем порядок в госструктурах и уровень коммерческой коррупции обязательно пойдет на спад

Как обстоят дела с реализацией программы борьбы с коррупцией федеральных и региональных органах исполнительной власти, разработанной МЭРТ?

Образец типовой программы висит на нашем сайте. Теперь дело за регионами, которые должны доработать эту программу под себя. В 30 регионах такая работа уже идет. К концу года программы будут утверждены. Что касается федеральных органов, то они должны приступят к выполнению антикоррупционной программы с января 2008 года.

Предстоящие выборы в Государственную Думу - забота не только Центризбиркома, но и милиции.

О том, как будут обеспечиваться свобода и безопасность волеизъявления при голосовании граждан, рассказал первый заместитель министра внутренних дел России генерал-полковник милиции Александр Чекалин.

Российская газета : Александр Алексеевич, именно от сотрудников милиции во многом зависит, чтобы на нынешних выборах криминал демократическим путем не попал во власть. Какова технология этого противодействия?

Александр Чекалин : По запросам ЦИК, региональных избирательных комиссий милиция должна проверить сведения, предоставленные кандидатами в депутаты. Речь идет о таких данных, как гражданство, регистрация по месту жительства, наличие судимости, о зарегистрированных на имя кандидата автомобилях или другом транспорте. Всю информацию мы проверяем по ведомственным базам данных, отправляем запросы в регионы. Причем все сведения проверяются несколько раз, ведь ошибка должна быть полностью исключена: согласно действующему избирательному законодательству, недостоверность некоторых предоставленных в ЦИК сведений о кандидате может стать основанием для его снятия с предвыборной гонки. На этом направлении у нас работают опытные сотрудники, и за время предыдущих кампаний никаких замечаний к их работе у ЦИК не было.

В этом году по поручениям избирательных комиссий мы проверили информацию по 5792 кандидатам.

Тайна личного самолета

РГ : И много вы выявили ложных сведений?

Чекалин : Могу констатировать, что объем недостоверных сведений возрос незначительно, примерно на 10 процентов по сравнению с избирательной кампанией 2003 года.

300 кандидатов не указали транспортные средства. "Забыли" в том числе даже один самолет. Недостоверные сведения о доходах представили 800 кандидатов.

О том, что владеют акциями, не сообщили 12 кандидатов, об участии в коммерческих организациях "промолчали" около 550. Мы доводим до сведения ЦИК "послужной список" "забывчивых" кандидатов, имевших судимости. Но мы не собираем компромат, не ведем оперативно-разыскную деятельность, не копаемся в подробностях личной жизни людей. По запросам избирательных комиссий проверяются только те сведения, которые были предоставлены самими людьми. Причем эта информация полностью конфиденциальна и принять решение об обнародовании каких-либо сведений может только ЦИК.

РГ : Но ведь может произойти и утечка конфиденциальной информации? Например, при обмене сведениями между ЦИК и МВД.

Чекалин : В ходе предыдущих кампаний мы уже отработали схему взаимодействия как с ЦИК, так и с региональными избирательными комиссиями. Мы всегда работаем очень слаженно, так что каких-либо проблемных вопросов с каждым разом возникает все меньше и меньше. В этом году уже проведен ряд совместных совещаний, на которых обсуждались все нюансы обмена сведениями о выявленных нарушениях избирательного законодательства. При этом, чтобы не допустить, как вы говорите, утечки информации, действует особый режим ее передачи.

Вся избирательная документа-ция - бюллетени для голосования, протоколы и так далее - будет перевозиться под охраной милиции. Маршруты их доставки заранее согласовываются и осуществляются в сопровождении нарядов ГИБДД и вневедомственной охраны. Кроме того, 200 сотрудников органов внутренних дел откомандированы для участия в работе контрольно-ревизионных служб окружных избирательных комиссий по контролю расходования финансовых средств, выделяемых на избирательную кампанию.

РГ : Что кроме обычной охраны правопорядка будут делать милиционеры в день выборов?

Чекалин : Во-первых, это будет не такая уж и обычная охрана правопорядка. И не только в день выборов. Задача намного шире: обеспечить безопасность и общественный порядок в стране во время проведения всей избирательной кампании. Мы обязаны оказать всестороннюю поддержку ЦИК и территориальным избирательным комиссиям, обеспечить сохранность избирательной документации, охрану избирательных участков.

И, во-вторых, именно на плечи милиции ложится работа по пресечению любых незаконных акций, нарушений избирательного законодательства, случаев использования незаконных технологий, предотвращение ввоза в страну печатной и электронной продукции экстремистской и террористической направленности.

РГ : Вы считаете, что кто-то попытается сорвать выборы?

Чекалин : Весь этот комплекс задач осуществляется МВД России не впервые, и необходимый опыт и методики обеспечения безопасности выборов уже отработаны. Для этого и существуют органы внутренних дел, чтобы предотвращать такие явления и вести правоохранительную деятельность в точном соответствии с законом.

Работа по подготовке к выборам как в Государственную Думу, так и Президента Российской Федерации нами проводится с начала этого года. Для координации проводимых мероприятий в МВД России был создан Временный оперативный штаб, аналогичные структуры сформированы и во всех региональных подразделениях органов внутренних дел.

РГ : Зачем потребовалась дополнительная структура?

Чекалин : Руководители оперативных штабов несут персональную ответственность за поддержание правопорядка, законности и неукоснительное соблюдение избирательных прав граждан. Они должны оказывать всестороннее содействие представителям региональных избирательных комиссий по всем вопросам - начиная от охраны избирательных участков и заканчивая уточнением сведений о кандидатах.

Фильтр от грязных технологий

РГ : А как милиция намерена выявлять грязные предвыборные технологии?

Чекалин : Да, действительно, во время каждой кампании мы сталкиваемся с применением незаконных технологий. В основном речь идет о нарушении правил агитации, незаконной печати агитационных материалов, которые вводят в заблуждение избирателей. Эта продукция по закону изымается, а лица, причастные к ее изготовлению, привлекаются к ответственности в соответствии с действующим законодательством.

Кроме того, нередки случаи угроз в отношении кандидатов в депутаты, их представителей и избирательных штабов. Мы выявляем факты подкупа избирателей с передачей денег, а в некоторых случаях - спиртных напитков, пожилым людям - продуктовых наборов за то, что они проголосуют за их кандидата. Бывают случаи запугивания избирателей. Все эти схемы известны нам по предыдущим кампаниям, и органы внутренних дел примут все меры, чтобы не допустить подобных правонарушений.

На сегодняшний день выявлено свыше 480 правонарушений выборного законодательства, за которые 484 человека судами привлечены к административной ответственности. В основном это статья 5.12 КоАП РФ - изготовление, распространение и размещение агитационных материалов с нарушением требований законодательства (337 фактов).

РГ : Знают ли рядовые сотрудники свой маневр? Ведь очень многое зависит от простых исполнителей.

Чекалин : Для наших сотрудников, задействованных на выборах, специалистами центрального аппарата МВД совместно с представителями ЦИК разработаны специальные памятки. Они содержат информацию о типичных нарушениях избирательного законодательства и порядке их пресечения. В памятке есть алгоритм действий милиционеров при пресечении правонарушений, их документировании, составлении протоколов, а также ответственность за нарушение избирательного законодательства. Во всех субъектах с личным составом проведены занятия, на которых изучен правоприменительный опыт прошлых избирательных кампаний. Региональными оперативными штабами аккумулируется весь объем жалоб и заявлений, поданных в предыдущие годы. Все глубоко анализируется, и проводятся соответствующие корректировки нашей деятельности.

РГ : Сколько сотрудников будут обеспечивать порядок на выборах?

Чекалин : У каждого региона есть собственные планы по обеспечению правопорядка, в котором предусматриваются объем привлеченных сил и создающиеся резервы. В Москве, например, будет задействовано около 20,5 тысячи личного состава.

К охране и обеспечению безопасности на избирательных участках привлекаются более 70 тысяч милиционеров. В день голосования на каждом участке будут дежурить два-три сотрудника милиции. И граждане смогут немедленно сообщить им о нарушениях правопорядка, попытках воспрепятствования осуществлению своих избирательных прав.

В целом на территории страны в охране правопорядка будут задействованы 300 тысяч сотрудников органов внутренних дел и 150 тысяч сотрудников внутренних войск.

А в регионы с наиболее сложной обстановкой для оказания помощи запланировано направить 400 сотрудников центрального аппарата министерства.

РГ : Сохраняется ли угроза терактов во время выборов?

Чекалин : Мы уделяем особое внимание антитеррористической безопасности. Все 96,5 тысячи избирательных участков и прилегающие к ним территории уже взяты под особый контроль, здесь предусмотрено создание резерва личного состава на случай осложнения обстановки. Места парковки автотранспорта будут организованы на удалении от территориальных и участковых избирательных комиссий. Под усиленную круглосуточную охрану участки и избиркомы будут взяты за три дня до голосования - сразу после доставки избирательных бюллетеней. Накануне выборов помещения обследуют кинологи со служебными собаками.

Учитывая активные передвижения кандидатов в депутаты по стране, вводится усиление плотности нарядов милиции на объектах транспорта. Предусмотрена полная проверка невостребованного багажа, в том числе с использованием специальной техники и служебных собак.

Взяты под дополнительную охрану все значимые и особо важные государственные объекты, в том числе здания органов власти, муниципальные ведомства, в том числе больницы и детские сады, помещения крупных предприятий, объектов ядерно-промышленного комплекса и атомные электростанции. Определены места возможного осложнения обстановки, совершения групповых правонарушений. Должен заверить, что милицией, другими правоохранительными органами России делается максимум возможного для предотвращения любых возможных угроз правопорядку и безопасности.

Голос без паспорта

РГ : Александр Алексеевич, напомните еще раз, по каким документам, удостоверяющим личность, можно проголосовать. И что делать гражданам, которые, например, потеряют паспорт накануне выборов?

Чекалин : Законодательством четко определен круг документов, подтверждающих гражданство России, при предъявлении которых выдается избирательный бюллетень. Получить его можно будет, предъявив российский паспорт или, в случае его утери, временное удостоверение личности, военный билет или удостоверение личности военнослужащего, паспорт моряка, а лицам, находящимся в местах содержания под стражей, не имеющим паспорта, - справку установленной формы. За рубежом граждане смогут проголосовать по российскому загранпаспорту.

В день выборов - 2 декабря - будет организовано круглосуточное дежурство сотрудников паспортных столов. Это делается для того, чтобы гражданин, обнаружив утерю паспорта в день голосования, мог незамедлительно получить временное удостоверение личности и осуществить свое конституционное право.

Нашей главной задачей совместно с избирательными комиссиями является обеспечение права каждого гражданина на свободное волеизъявление. И мы его обеспечим.

Почему тезис "не подмажешь - не поедешь" становится универсальным законом нашей жизни? Об этом корреспондент "Известий" Анна Гараненко спросила у главы "Трансперенси Интернешнл - Россия" Елены Панфиловой.

вопрос: Бытовая коррупция настолько вездесуща, что мы перестали воспринимать это явление как нечто из ряда вон выходящее...

ответ: Давайте оговоримся - кто "мы"? Если "мы" - успешный московский средний класс от "офисного планктона" и выше, то для них 100 долларов за ускорение, облегчение и т.п. действительно ерунда. Они уверены: "Не стоит переживать, все так делают". Но не надо забывать, что "мы" - это очень маленький процент от всего населения России. Не стоит транслировать удобные для этого процента правила игры на тех, кто не может позволить себе по ним играть. "Мы" платим 1000 долларов за загранпаспорт, а несчастная бабушка не может получить справку об инвалидности, потому что у нее нет ни денег, ни привычки давать взятки.

в: Средний класс своим поведением сам спровоцировал появление рынка посредников между гражданами и государством?

о: Потребности богатого нового сословия, которое взятки давать может и часто хочет, растут. А инфраструктура государственных услуг за ними не успевает. Появление посреднического рынка отчасти удовлетворяет спрос на быстрое решение бюрократических проблем. Государство, в идеале, должно быть заинтересовано в том, чтобы убрать посредника и напрямую получать деньги за некую услугу - например, ускоренное оформление того же загранпаспорта. Наша административная система слишком громоздка и неуклюжа, чтобы это организовать.

в: То есть пока очереди - у взяточников будет доход?

о: Активный, зубастый средний класс должен быть заинтересован в том, чтобы не платить дважды. Гораздо приятнее придти к "одному окну" и воспользоваться государственной платной услугой. У людей еще очень эмбриональное социально-политическое сознание - они пока не осознали, что могут от власти это требовать.

в: Вы предлагаете узаконить рынок взяток?

о: Если уж все равно за эти услуги приходится платить, то почему бы не перевести их на платную основу? Подчеркиваю: речь идет о таких ситуациях, когда это лишь вопрос оплаты за комфорт. Например, если изначально сделать так, что в "одном окне" можно будет быстрее получить номера на машину или зарегистрировать права собственности, всем будет гораздо удобнее: и государственный чиновник будет получать адекватные деньги, и мы перестанем чувствовать себя "рукой дающей". К сожалению, подобные посреднические услуги нередко "прилагаются" и к тем сферам, которые совершенно нельзя переводить на платную основу, - я имею в виду образование, здравоохранение и другие сферы, связанные с обеспечением жизнедеятельности и с соблюдением прав граждан, гарантированных Конституцией. Заплатить за садик или за школу - совсем не то же самое, что заплатить за услугу при оформлении прав собственности или перепланировки квартиры. Если во втором случае мы оплачиваем собственный комфорт, то в ситуациях, связанных с получением квартиры, образования, доступа к медицинским услугам, это взятка за выживание. Подобного рода коррупция бьет по наименее защищенным слоям граждан. Тем самым подрывается конституционное право на равные возможности - дети богатых могут идти в детский сад, дети бедных - нет. Так что в такой простой вещи, как бытовая коррупция, таятся очень серьезные, фундаментальные подводные камни.

в: Есть общий "правильный" алгоритм действий в ситуации, чреватой взяткой?

о: Я знаю довольно обеспеченных людей с высоким социальным статусом, которые не дают взяток потому, что это их принципиальная позиция. И в то же время есть малообеспеченные семьи, которые продают последнее, чтобы собрать взятку и "откосить" ребенка от армии. Нет универсальной нормы поведения - каждый делает выбор сам исходя из внутренних ощущений.

Лоббирование — вполне законный способ донести точку зрения компании или целой отрасли до органов государственной власти. Во всем мире этим занимаются специалисты по GR. Однако разница в подходах к решению проблем в российских и западных компаниях очевидна. Даже если речь идет о цивилизованном лоббизме.

Михаил Дворкович, советник председателя совета директоров по специальным проектам МIRAX Group: "Профессионалы GR мыслят так же, как чиновники"
— Говорят, что у хорошего "джиара" среди друзей должен быть президент страны, в которой он живет. Вы разделяете эту точку зрения?

— Ну, через пятого человека мы все знакомы друг с другом. Тот, кто считает, что знакомство с президентом — ключ к решению всех вопросов, очень плохой "джиарщик". Не секрет, что во всех странах вокруг главы государства существует множество групп влияния. Руководитель любой страны должен выстраивать эффективную систему сдержек и противовесов, поэтому конкретных решений под действием каких-то лоббистских настроений он не принимает никогда. У хорошего "джиарщика" просто должен быть аналитический склад ума и много друзей, которые дружат с чиновниками. Кроме того, без опыта работы в госорганах, не поварившись в министерстве, Госдуме или администрации президента, человек вряд ли сможет стать профессиональным "джиарщиком".

Вообще, есть несколько типов специалистов GR. Есть банальные аферисты. Приходит такой человек и говорит, что он со всеми знаком и может решить любой вопрос, объявляет цену в миллион, берет аванс, и потом, в случае неудачи, с ним исчезает. Даже если такой человек справляется с задачей, то это, конечно, не GR и не лоббизм, а прямой подкуп и взяточничество.

Второй тип — это люди, получившие неплохое образование, которые пошли по менеджерским ступеням. Они никогда не работали в госорганах, зато могут с помощью качественного анализа информации выстраивать отношения с государственными органами власти.

К третьему типу относятся настоящие профессионалы. Они имеют массу связей и знакомств, и знают самое главное — логистику принятия решений. Если ты не знаешь, как принимается решение, ты никогда ни при каких условиях не сможешь добиться его принятия. Профессионалы мыслят так же, как сами чиновники, то есть знают более короткий путь для решения поставленной задачи. У такого джиарщика больше шансов убедить чиновника в правильности подхода, не платя в 99% случаев никаких денег. Такие люди имеют огромную ценность на рынке, тому мы видим множество подтверждений. Посмотрите, сколько людей из госорганов в последнее время перешло в бизнес-структуры: это и председатель комитета по экономической политике Думы Валерий Драганов, который переместился в "Русал", и Андрей Шаронов, который перешел в "Тройку-Диалог". После мартовских выборов высвободится огромное количество чиновников, которые наверняка захотят работать в этой сфере.

— Некоторые компании охотно приглашают в качестве "джиаров" родственников бывших или действующих чиновников. А как вы попали в GR?

— Вообще я всегда занимался "пиаром" — в Минэкономразвития, в Минсвязи и Госдуме. До сих пор у меня в некоторых государственных ведомствах есть ряд общественных должностей. В МДМ-банк я пришел работать уже на должность "джиарщика". Этот банк исторически уже работал с госорганами и был способен блюсти свои интересы, и в мои функции входило лишь поддержание и развитие этих связей. Ни с какими задачами по изменению законодательства или продвижению интересов банка я не сталкивался. Спустя год работы в банке я пришел на должность директора департамента общественных связей в MIRAX Group. Тогда не было необходимости налаживать взаимодействие с федеральными органами власти, правда, до поры до времени. В какой-то момент появилось направление — частное управление ЖКХ как альтернатива ДЭЗам, и возникла потребность прописать в федеральном законодательстве какие-то вещи, установить систему саморегулирования в этой отрасли. В результате нашей компании понадобилось наладить взаимодействие с некоторыми органами власти.

Нужно сказать, что в ходе работы я сам напрямую не решал конкретные вопросы, не ходил по кабинетам, хоть и знаком со многими высшими чиновниками государства. Я всегда был просто консультантом и во всех компаниях занимаю должность советника. В мои задачи входит выстраивание логистики принятия решений. В связи с тем, что моим братом является Аркадий Дворкович (начальник экспертного управления президента РФ.— "Деньги"), я не имею морального права заниматься лоббированием, даже если это цивилизованный лоббизм. Никому потом ничего не докажешь, все равно все будут считать, что я через него решаю все вопросы. Тем не менее я имею возможность с ним посоветоваться, если чего-то не понимаю, хотя, как правило, не требуется и этого. Мне вполне хватает собственных сил. Вообще, я всегда сразу оговариваю то обстоятельство, что не буду использовать свои родственные связи в работе, когда прихожу в какую-то компанию.

— Что нужно для того, чтобы испортить дело?

— Выбрать не того чиновника для контакта. Обращение не к тому человеку — грандиозная ошибка. Первый же промах в этом вопросе — и поползут слухи, что компания пытается решить свою проблему, а темп уже потерян. В результате, когда ты пойдешь к нужным людям, они, уже зная об этом, могут создать препятствие. Вторая ошибка — неправильная формулировка документа. Принес чиновнику бумажку, он ее подписал, а толку от нее нет. Или "джиарщик" принес взятку чиновнику, а тот оказался неберущим. Это большое заблуждение, что все чиновники берут взятки. Хотя, что скрывать, коррупционноемкость в нашей стране очень велика. Нужно четко разделять цивилизованный лоббизм и банальное взяточничество, хотя и то и другое — это GR.

— Означает ли это, что "джиары" всегда будут востребованы?

— Мне кажется, что в ближайшие годы будет развиваться система саморегулирования во многих секторах экономики, и это приведет к вымиранию целого пласта "джиарщиков". Не исключаю, что таким образом будет дан старт построению в России системы цивилизованного лоббизма. Во многих странах существует законодательство, описывающее сферу цивилизованного лоббизма. Ведь ничего плохого в этой деятельности нет — довести точку зрения одной группы людей до другой группы людей, аргументировать ее и повлиять на принятие конкретного решения.

Денис Гудым, директор корпорации Intel по связям с правительственными организациями в странах СНГ: "Я ни разу не ходил с чиновниками в баню, не пил с ними водку"
— До занятия этой должности у вас уже был опыт контактов с правительственными организациями? Пришлось ли вам для этого дополнительно учиться?

— Прежде связями с госорганами я не занимался. Закончил Кишиневский политехнический институт, отслужил семь лет в вооруженных силах, откуда уволился в звании капитана. Моя последняя должность называлась так: "начальник информационного отдела Главного управления специального строительства министерства обороны"; я отвечал за сбор, анализ и обработку информации. Потом ушел в журналистику, затем в PR — пять лет отработал в группе компаний Verysell в качестве директора по связям с общественностью. В корпорации Intel я работаю почти два года. Что касается обучения, то мне очень помог курс по теории переговоров в Американском институте бизнеса и экономики в Москве, где я получаю степень МВА.

— Предполагается, что "джиар" должен иметь огромное количество полезных связей в госструктурах. Почему компания Intel пригласила именно вас?

— Существует две модели GR. Первая используется в российских компаниях, вторая — в западных. Российская модель заключается в том, что на позицию "джиара" ищется человек со связями, часто это бывшие сотрудники министерств и ведомств, отставные офицеры силовых структур, которым поручают решение частных, прикладных задач. В западных компаниях "джиарам" приходится сталкиваться с общеотраслевыми задачами. Хотя частные задачи тоже существуют, но все-таки больше задач связано с влиянием госрегуляторов на всю отрасль в целом. В нашем случае на сферу информационных технологий.

— Дружба с чиновниками в ваши обязанности не входит?

— У меня, как ни странно, нет друзей среди чиновников. Есть нормальные рабочие отношения с ними. Я за все время работы ни разу не ходил с чиновниками в баню, не пил с ними водку. Это стереотип, из опыта российских компаний. Модель российского GR подразумевает лоббирование интересов в пользу конкретной компании — получить квоты на месторождение или на вылов рыбы, выпустить товар с таможни, получить радиочастоты и проч. Это предполагает решение конкретного чиновника в пользу конкретной компании. Здесь используются различные методы, в том числе нетранспарентные, коррупционные. Российский бизнес еще плохо стоит на ногах, и, столкнувшись с проблемой, компании вынуждены прибегать к GR, но это на самом деле не GR, а коррупция.

GR-специалист западной компании представляет интересы отрасли и может использовать законные аргументы. Мы говорим, что РФ это будет выгодно и объясняем почему. Например, полтора года мы общались с Министерством экономического развития и торговли и просили обнулить таможенные пошлины на микропроцессоры. Говорили, что если это произойдет, российские производители компьютеров будут поставлены в равные конкурентные условия с западными, например HP. Потому что когда процессор въезжает в страну в коробочке, он облагается пошлиной в 10%, а когда в составе ноутбука — импортер платил 0%, то есть российские компании-производители были поставлены в неравные условия и теряли долю рынка. Кроме того, много процессоров ввозилось по серым схемам, по тем таможенным категориям, которые не облагались пошлинами — под видом зеленого горошка, например. Таким образом государство не получало ни 10% пошлины, ни 18% НДС. К тому же сейчас многие импортеры выходят на IPO и заинтересованы в том, чтобы платить все налоги и НДС в том числе, таким образом, и государство получит большую собираемость. Кроме того, если обнулить пошлины, в стране появятся производители контрактной электроники, которым до сих пор сборка на территории РФ была экономически невыгодна.

— Каким образом вы добивались своего?

— Мы долго пытались разными методами воздействовать на правительство: общались через СМИ, устраивали конференции, объясняли и писали. Прошел год, и мы поняли, что это не эффективно и направили формальную заявку в Министерство экономического развития и торговли. Потом — в межведомственную комиссию по тарифной политике, куда входят несколько министерств и ведомств, и в сентябре получили результат. Мы неоднократно встречались с представителями госрегуляторов, спрашивали, есть ли у них возражения, приводили свои аргументы. Разумеется, не только наша компания ходит и просит решить проблему. Часто создается неформальная коалиция, которая включает компании, которые озабочены тем же самым. Но мы не делаем ничего такого, что нарушило бы антикоррупционное законодательство. В итоге, после того как были обнулены пошлины, мы приводим в страну двух производителей контрактной электроники. Один инвестирует $50 млн в строительство завода в Санкт-Петербурге и планирует нанять около 5 тыс. человек. Второй изучает российский рынок с той же целью — на предмет строительства такого же завода с тем же количеством рабочих мест. То есть Россия снизила пошлины и таким образом создала экономический стимул для создания в стране новых производств.

— Чего, на ваш взгляд, следует избегать "джиарам" прежде всего?

—Не следует платить деньги, потому что это незаконно и неэффективно. Можно разово решить проблему, но те, кто хоть раз получил, могут прийти за деньгами опять. Не врать, аргументировать свою позицию, ничего не скрывать и выполнять обещания.